Биржевые цены на газ в Европе в четверг, впервые с 23 марта превысили $750 за тысячу кубометров. Накануне стало известно, что Qatar Energy намерена продлить форс-мажор на поставки СПГ до середины октября из-за фактической остановки судоходства через Ормузский пролив. Катар обеспечивает около 20% мирового экспорта СПГ.
Кроме того, в ночь на 23 июля йеменские хуситы нанесли удары по двум нефтяным танкерам Саудовской Аравии в ответ на нарушение морской блокады Саудовской Аравии. Ранее они объявили о введении морской блокады Саудовской Аравии. Иран попросил их перекрыть маршрут поставок нефти через Красное море и Баб-эль-Мандебский пролив, если США нанесут удары по энергетической инфраструктуре страны. По данным Kpler, поставки нефти по этому маршруту в июне составляли примерно 7,4 млн баррелей в сутки, то есть порядка 7% мировой добычи.
По словам портфельного управляющего УК «Альфа-Капитал» Дмитрия Данилина, геополитическая напряженность влияет на газовый рынок сразу по двум каналам: через риск физического сокращения поставок и через рост страховой премии в ценах. Ограничение судоходства через Ормузский пролив затронуло маршрут, по которому до конфликта проходило около 20% мировой торговли СПГ, а поставки из Катара и ОАЭ резко сократились после старта Ирано-американского конфликта.
«Для Европы такой шок особенно чувствителен, поскольку после снижения импорта российского трубопроводного газа она стала значительно сильнее зависеть от глобального рынка СПГ и конкуренции с азиатскими покупателями. При этом европейские хранилища заполнены примерно на 54%, заметно ниже средних многолетних уровней, поэтому даже угроза новых перебоев быстро отражается в котировках, хотя непосредственного дефицита газа пока может не быть», — отметил в разговоре с «Элементом 22» эксперт.
По его словам, «текущий рост может оказаться устойчивым в том смысле, что цены способны надолго закрепиться на повышенном уровне. Значительная часть движения цен связана с геополитической премией, которая может быстро сократиться при нормализации судоходства и восстановлении производства СПГ. Вместе с тем фундаментальный фон остается напряженным: поставки через Ормуз ниже докризисных объемов, сроки полного восстановления неопределенны, а Европе необходимо одновременно пополнять хранилища и конкурировать за грузы с Азией. Дополнительное предложение с новых проектов в Северной Америке, Африке и Австралии ограничивает потенциал экстремального роста, но не устраняет риск новых ценовых скачков. Поэтому наиболее вероятен сценарий сохранения высоких цен и повышенной волатильности, сильно зависящей от новостей».
«Для европейской экономики дорогой газ означает рост стоимости электроэнергии, давление на маржинальность химической, металлургической, стекольной промышленности и производителей удобрений, а также дополнительный инфляционный импульс. Это может замедлить восстановление экономики и ограничить возможности ЕЦБ по смягчению денежно-кредитной политики. На глобальном рынке высокие европейские цены усиливают конкуренцию за СПГ, перенаправляя грузы между Европой и Азией: менее обеспеченные страны могут сокращать потребление или временно возвращаться к углю, тогда как экспортеры из США, Африки и Австралии получают стимул наращивать поставки. Одновременно продолжительный период дорогого газа ускоряет инвестиции в энергоэффективность, возобновляемую энергетику и электрификацию, поэтому краткосрочно кризис поддерживает цены, а долгосрочно способен ускорить структурное снижение спроса на газ в Европе, — заключил собеседник.
