Обратный инжиниринг играет ключевую роль в развитии химической промышленности, а потому правительство почти в три раза увеличило инвестиции в него, до 38,5 млрд рублей. О том, как развивается обратный инжиниринг в российский химической промышленности, – в нашем материале.

В современном мире, где на изучение тех или иных химических процессов, разработку технологий и машиностроения уходят годы уникальных работ, проб и ошибок, актуальность темы обратного инжиниринга только набирает обороты. Сегодня он является мощным инструментом для развития инновационных технологий и повышения конкурентоспособности предприятий химической отрасли. Этот процесс позволяет детально изучить состав и структуру материалов конкурентов, выявить особенности производственного процесса и определить возможности улучшения собственных продуктов.

Господдержка и рост инвестиций

Сегодня в России в разы вырос спрос на внедрение отечественных разработок. Импульс развитию инженерной мысли придал уход из России зарубежных инжиниринговых компаний, а также усиливающийся тренд на импортозамещение и развитие технологического суверенитета.

В соответствии с принятой правительством РФ «Концепцией технологического развития до 2030 года» восполнением возникшего дефицита технологий и разработок занялись вузы, исследовательские институты и прочие научные организации. Помимо расширения сети инжиниринговых центров, особые надежды на импортозамещение были возложены и на обратный инжиниринг.

Исходя из определения Росстата, обратный инжиниринг (реверс-инжиниринг, обратное проектирование) – это «копирование изделий по готовому образцу, подразумевающее воссоздание конструкторской документации, по которой в дальнейшем можно изготовить аналогичное изделие». Опрошенные изданием «Элемент 22» эксперты добавляют: нередко в ходе обратного инжиниринга исходная технология или деталь совершенствуются, обрастая новыми характеристиками или функционалом.

В 2023 году объем услуг обратного инжиниринга вузов, научных организаций и малых инновационных предприятий составил 582,9 млн рублей (или 2 % общего объема оказанных инжиниринговых услуг), сообщает Институт статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ. Опыт выполнения подобных проектов был у 24 организаций, включая 21 вуз.

Власти РФ активно наращивают инвестиции в поддержку обратного инжиниринга в рамках национальных проектов технологического лидерства. Оператор от лица государства в налаживании выпуска комплектующих изделий взамен иностранных аналогов – Агентство по технологическому развитию (АТР).

С 2022 по 2024 годы на гранты АТР было реализовано 340 проектов на общую сумму более 15,3 млрд рублей. В следующую трехлетку объем финансирования на эти цели вырастет почти в три раза: в 2025 году выделят 12,8 млрд рублей, в 2026 году – 12,2 млрд рублей, а в 2027 году – 13,5 млрд рублей.

Растет финансирование обратного инжиниринга и в химическом секторе. В 2024 году госпрограмма обратного инжиниринга, запущенная в соответствии с постановлением правительства РФ № 208, охватывала 33 проекта в части нефтегазового машиностроения на сумму более 1,9 млрд рублей.

По словам управляющего директора Агентства по технологическому развитию Дениса БОЛУШЕВСКОГО, в этом году обратный инжиниринг в химпроме охватывает уже более 50 проектов на сумму почти 3 млрд рублей. «Программа поддержки рассчитана на 3 года вперед, и, в отличие от других направлений, ее дополнили финансированием. Это приоритет для министерства промышленности РФ, – заявил Болушевский на научно-производственном форуме «Полимерум».

В частности, выступая на дискуссии «Обратный инжиниринг и его роль в технологическом суверенитете России», глава АТР рассказал, что старт развитию обратного инжиниринга был дан еще в 2020 году с принятия постановления № 208. В 2022 году АТР получило запросы на разработку от 600 системообразующих компаний. Это стало поводом для формирования индустрии реверс-инжиниринга в РФ.

Инструменты поддержки

В создании продуктов или изделий методом обратного инжиниринга по грантам от АТР четыре действующих лица. Первый – потребитель, формирует заявку через платформу Сколково (Sk RnD Market) на сырье, материалы или оборудование, ранее поставляемые из‑за рубежа и не производимые в РФ. В заявке указывается объем планируемого к закупке товара, паспорт изделия и его образец для реинжиниринга.

Второе лицо – исполнитель, или разработчик. Чаще всего это НИИ, инжиниринговый центр или конструкторское подразделение на частном производстве, подтвердившее свою квалификацию и финансовую устойчивость. Исполнитель должен в течение 24 месяцев разработать конструкторскую документацию или технический регламент для производства продукта.

Третий участник схемы – производитель, который выпускает изделия по лекалам исполнителя. По условиям контракта, в течение четырех лет ему необходимо удвоить вырученные от гранта средства в форме выручки по принципу: 1 рубль гранта = 2 рубля выручки. Гранты на разработку выдает оператор – АТР, он же проводит экспертизу заявки на критичность комплектующего, проверяет квалификацию исполнителей и производителей, собирает коммерческие предложения на разработки и проводит конкурсный отбор.

Говоря о том, какие направления обратного проектирования наиболее востребованы в химпроме, стоит отметить, что особым спросом пользуются комплексные, междисциплинарные исследования на стыке науки и инжиниринга, отметил директор по развитию Инжинирингового химико-технологического центра Дмитрий ЮЩЕНКО, отвечая на вопросы нашего издания.

«Это должны быть разработки, которые позволят создать надежный фундамент для организации производств. А их главный драйвер – востребованность продукции на рынке и ее дефицит», – уточнил Ющенко.

Векторы развития обратного инжиниринга определяет Минпромторг РФ, выдавая гранты вузам и научным организациям. Например, в конце 2024 года Первый МГМУ им. И. М. Сеченова получил 300 млн рублей на создание инжинирингового центра, который займется разработкой новых медицинских изделий на основе полимеров, в том числе персонализированных имплантов для челюстно-лицевой хирургии.

Разработки будут вестись совместно с индустриальными партнерами – высокотехнологичными российскими компаниями. По условиям контракта, для реализации проекта университет должен дополнительно привлечь из внебюджетных средств 150 млн рублей.

Директор по коммерциализации технологий Первого МГМУ Александр КУЛИШ называет медицину и фармацевтику одними из самых перспективных направлений для реверс-инжиниринга.

«В имплантологии полимеры по своим свойствам не уступают, а превосходят конструкции из металлов, и речь не только про челюстно-лицевую хирургию, мы говорим про импланты крупных суставов и другие направления», – отметил Кулиш.

В конце 2024 года стало известно, что Томский государственный университет выиграл грант Минпромторга РФ на создание и развитие Центра инженерных разработок на базе химического факультета «Химические технологии и аппараты». Грант объемом 300 млн рублей получен для выполнения инжиниринговых, научно-исследовательских, опытно-конструкторских работ для химической, фармацевтической, электронной промышленности и строительства.

Впрочем, субсидии выделяются и по линии Министерства науки и высшего образования РФ. Так, летом 2025 года Казанский федеральный университет выиграл грант в 250 млн рублей на создание и развитие Инжинирингового центра, который будет работать на базе технологического парка «Малотоннажные химические технологии».

Какие факторы тормозят обратный инжиниринг?

Однако даже успешные разработки могут забуксовать без интереса лидеров полимерного рынка.

«Крупным производителям базовых полимеров малотоннажная химия неинтересна, они готовы выполнять заказы на тысячи, десятки тысяч тонн, но медицине требуется выпуск 100, 50 тонн», – отметил Кулиш.

Выход директор по коммерциализации технологий Первого МГМУ И. М. Сеченова также видит в господдержке.

«Мы считаем необходимым дотировать государством малотоннажное производство. Выпуск этих материалов не будет прибыльным в нашей стране, но производить их необходимо», – добавил он.

Первый заместитель генерального директора Института пластмасс им. Г.  С. Петрова Татьяна АНДРЕЕВА указала на еще один фактор, ограничивающий развитие рынка суперконструкционных материалов, – отсутствие спроса на изделия из них.

В качестве примера Татьяна Андреева приводит производство высокоэффективного термопласта полисульфона, который применяется в электротехнике при производстве печатных плат и изоляторов, в медицине для изготовления хирургических инструментов и мембран, в автомобильной, авиационной, пищевой промышленности и в других отраслях.

«У Института пластмасс есть патент на производство полисульфона, потребность рынка в этом термопласте позволяет выйти на рентабельную мощность по его производству в более чем 1000 тонн. Но рынок переработки этого материала в России отсутствует, а без потребителей мы не сможем развивать химию», – объяснила Андреева.

Благодаря своей прочности, термостойкости и биосовместимости полисульфон применяется для изготовления диализаторов, эффективно удаляя токсины из крови пациентов при почечной недостаточности.

«Но в России диализаторы не производятся, а только завозятся из‑за рубежа, у нас же в лучшем случае осуществляется их сборка, – добавила Андреева. – В итоге полисульфон потребляется только по линии гособоронзаказа, а это максимум 40 тонн. Если мы хотим изменить ситуацию, надо идти в конец цепочки, развивая спрос в смежных отраслях. Например, в медицине нам нужны отечественные диализные расходники, отечественные диализные центры. Тогда появится спрос на гранулят».

Первый заместитель генерального директора Институт пластмасс им. Г. С. Петрова рассчитывает на рост спроса на полисульфон в секторе авиации, но пока эти надежды не воплощаются.

Одна из причин отсутствия рынка переработки – в оборудовании.

«Предполагалось, что оборудование по переработке полисульфона будет приобретено в Западной Европе (но эти планы не осуществились – прим. ред.), так как в России с его производством проблемы. В итоге мы сейчас по‑прежнему на малотоннажном уровне выпускаем полисульфон для выполнения гособоронзаказов. Государству же следует задуматься о поддержке малотоннажного выпуска полисульфона и других материалов, а также поддержке переработчиков».

«Поддержка государства в развитии суперконструкционных пластиков необходима, – согласен Ющенко. – Механизмы могут быть разными, но основная задача – защита отечественной продукции от конкурентных импортных аналогов».

Вернется ли промышленный шпионаж?

Лидерство в разработке новых технологий постепенно переходит от Европы к Китаю и Индии.

«Китайские компании достигли такого уровня сборки, качества производства и цифровизации, что тем, кто был абсолютными лидерами в прошлом, приходится подсматривать за ними, чтобы реализовать лучшие решения у себя», – говорит начальник отдела головного центра по материалам и технологиям НИЦ «Курчатовский институт» Денис ОНУЧИН.

В эпоху замедления глобализации и развития мировой турбулентности растет ценность технологического суверенитета как инструмента для ведения независимой государственной политики. В этих условиях обратный инжиниринг вновь становится частью стратегии по развитию химпрома.

Эксперты напоминают: расцвету химической промышленности Советский Союз в том числе был обязан военной разведке, которая добывала новейшие образцы западной продукции. В те годы работа над патентами зачастую начиналась не столько с разработок, сколько с расшифровки иностранных технологий. Однако собеседники нашего издания признают: промышленный шпионаж остался в прошлом. Надолго ли?

Алексей Лучников